Предтеча и Креститель Господень Иоанн: акафист, молитвы, житие
Дни памяти:
6 октября — Зачатие
25 октября — Перенесение из Мальты в Гатчину десной руки
7 июня — Третье обре́тение главы
7 июля — Рождество
20 января — Собор
11 сентября — Усекновение главы
8 марта (переходящая) — Первое и второе обре́тения главы
Тропари, кондаки, молитвы и величания
____________________________________________________________________________________________________________________
Житие Пророка, Предтечи и Крестителю Господня Иоанна
Пророк Иоанн Креститель — после Пресвятой Девы Марии самый почитаемый святой в христианском мире. С его именем связано целых семь церковных праздников (по новому стилю).
Он родился в семье священника Захарии, принадлежавшего к роду Аарона, и праведной Елизаветы, происходившей из рода царя Давида. Родители жили недалеко от Хеврона, в Нагорной стране, к югу от Иерусалима. По материнской линии Иоанн приходился родственником Господу Иисусу Христу и появился на свет за шесть месяцев до Него.
Согласно Евангелию от Луки, Архангел Гавриил, явившись Захарии в храме, возвестил ему о скором рождении сына. И у благочестивых супругов, которые до глубокой старости не имели детей и горячо молились об этом, наконец родился долгожданный ребёнок.
По милости Божией младенец Иоанн избежал гибели во время избиения вифлеемских младенцев. Он вырос в суровой пустыне, где готовил себя к великому служению строгой аскетической жизнью — непрестанной молитвой и постом. Одеждой ему служила грубая власяница, подпоясанная кожаным ремнём, а пищей — дикий мёд и акриды (вид саранчи). Так он оставался пустынножителем до тридцатилетнего возраста, пока Господь не призвал его к публичной проповеди.
Повинуясь этому призванию, пророк Иоанн вышел на берега реки Иордан, чтобы подготовить народ к встрече долгожданного Мессии — Христа. В то время множество людей стекалось к реке перед праздником очищения для совершения религиозных омовений. Именно здесь Иоанн начал проповедовать покаяние и крещение во оставление грехов. Главная мысль его проповеди заключалась в том, что внешнее омовение водой имеет смысл только при внутреннем, нравственном очищении. Само крещение Иоанна ещё не было христианским таинством, а служило духовной подготовкой к будущему Крещению водой и Святым Духом.
Церковь называет пророка Иоанна светлой утренней звездой, которая своим сиянием превосходила все другие звёзды и возвещала наступление благодатного дня, озарённого духовным Солнцем — Христом.
Когда ожидание Мессии достигло наивысшей точки, к Иоанну на Иордан пришёл Сам Спаситель мира — Господь Иисус Христос — чтобы принять крещение. В этот момент произошло великое чудо: на Христа сошёл Святой Дух в виде голубя, а с неба раздался голос Бога Отца: «Сей есть Сын Мой возлюбленный…»
Получив от Бога откровение, Иоанн указал на Иисуса и сказал народу: «Вот Агнец Божий, Который берёт на Себя грехи мира». Услышав эти слова, двое его учеников последовали за Христом. Это были будущие апостолы Иоанн Богослов и Андрей Первозванный, брат Симона Петра.
Крещением Спасителя пророк Иоанн как бы завершил и запечатлел своё пророческое служение. После этого он продолжал смело и строго обличать пороки людей — как простых, так и власть имущих. Именно за это он вскоре пострадал.
Царь Ирод Антипа (сын Ирода Великого) приказал заключить Иоанна в темницу за то, что тот обличал его в незаконном сожительстве с Иродиадой. Ирод оставил свою законную жену — дочь аравийского царя Арефы — и жил с Иродиадой, которая прежде была замужем за его родным братом Филиппом.
В день своего рождения Ирод устроил пышный пир для знатных гостей. Дочь Иродиады, Саломея, своей бесстыдной пляской так понравилась царю и его гостям, что Ирод с клятвой пообещал дать ей всё, чего она ни попросит, даже половину своего царства. Наученная матерью, девушка потребовала немедленно принести ей на блюде голову Иоанна Крестителя. Ирод опечалился, потому что уважал Иоанна как пророка, но из-за данной клятвы и присутствующих гостей не посмел отказаться. Он послал палача в темницу, и тот отсёк голову пророку. Голову принесли Саломее, а та отнесла её матери. Иродиада надругалась над святой главой и бросила её в нечистое место.
Ученики Иоанна Крестителя погребли тело своего учителя в самарянском городе Севастии.
За своё злодеяние Ирод Антипа понёс наказание уже в 38 году по Рождеству Христову: его войско было разбито Арефой, отцом брошенной дочери. А в следующем, 39 году римский император Калигула сослал Ирода в изгнание.
По преданию, евангелист Лука, проповедуя в разных городах, взял из Севастии частицу мощей пророка — его правую руку — и перенёс её в Антиохию. В 959 году, когда Антиохия была захвачена мусульманами (при императоре Константине Порфирородном), диакон перенёс руку Предтечи сначала в Халкедон, а затем в Константинополь. Там она хранилась до падения города под власть турок. Впоследствии правая рука Иоанна Крестителя оказалась в Санкт-Петербурге, в церкви Нерукотворного Спаса в Зимнем дворце.
Слово на зачатие честного и славного пророка, предтечи и крестителя Господня Иоанна
Память 23 сентября
Когда приближалось время зачатия нашего Спасителя, совершилось также дивное и славное зачатие святого Иоанна Предтечи. Многие женщины зачинают детей, но лишь немногих из них Церковь прославляет особым праздником. Во всём мире известны только три такие матери, чьё зачатие стало великим чудом и предметом вселенского удивления. Это праведная Анна, святая Елисавета и Пречистая Дева Мария. Анна зачала Богородицу, Елисавета — Предтечу, а Дева Мария — Самого Христа Спасителя.
Все эти три зачатия были возвещены Ангелом и произошли исключительно по благодати Божией. При этом Господь требовал и добровольного согласия самих будущих родителей. Поэтому святой Архангел Гавриил, войдя в храм к священнику Захарии, который в тот час служил пред Богом, сказал ему:
— Не бойся, Захария! Услышана молитва твоя: жена твоя Елисавета родит тебе сына, и наречёшь ему имя Иоанн. Многие возрадуются о его рождении.
Захария ответил:
— То, что ты возвещаешь мне, вестник радостный, и неожиданно, и странно. Ведь родить в старости противно природе: я уже стар, и жена моя в преклонных летах. Как же мы можем зачать и родить сына?
Ангел сказал ему:
— С первых же слов твоих, Захария, я вижу, что ты маловерен и не веришь, что мои слова исполнятся. Да, это действительно выше человеческой природы, но такова воля Божия, для которой нет ничего невозможного. «Бог может из камней сих воздвигнуть детей Аврааму». Разве ты не знаешь, что Тот же Бог сотворил Адама из земли, создал Еву из ребра Адамова и даровал престарелой Сарре сына Исаака? Так и твоей жене Всемогущий Господь дарует в старости рождение сына, ибо услышана молитва твоя.
Захария возразил:
— Я ныне молюсь Богу о скором пришествии долгожданного Мессии, Которого Он обещал через святых пророков. Прошу, чтобы Он скорее избавил семя Авраамово от иноплеменного рабства, чтобы простил грехи мои и грехи всего народа. О сыне же я уже давно не молюсь — ведь и сам я достиг глубокой старости, и жена моя состарилась.
Ангел ответил:
— Я — Гавриил, предстоящий пред Богом. По откровению свыше мне известно, о чём ты молишься сейчас. Но прежде, когда вы с супругой ещё не были стары, вы оба усердно просили Господа даровать вам сына. Всемилостивый Господь, Которому открыто даже малейшее движение сердца человеческого, внимает молитвам боящихся Его и исполняет их желания в Своё время. Поэтому Он и дарует тебе сына, имя которого означает «благодать». И вот, у тебя родится сын, который будет велик пред Господом.
Захария сказал:
— Теперь я вижу, благовестник, что ты действительно Ангел Божий: и речь твоя, и вид, и сила слов подтверждают это. Сначала же, когда ты внезапно явился, я сильно испугался — подобно тому, как некогда пророк Даниил, увидев Ангела, сказал: «Не осталось во мне крепости». Так и мать Самсона говорила: «Человек Божий приходил ко мне, вид его — как вид Ангела Божия, весьма страшный». Поэтому я и убоялся. Но всё же спрошу: почему сын мой будет велик? Разве он превзойдёт святостью самого пророка Иеремию, которому Господь сказал: «Прежде нежели Я образовал тебя во чреве, Я познал тебя, и прежде нежели ты вышел из утробы, Я освятил тебя»?
Ангел ответил:
— Велик будет сын твой пред Господом. Он превзойдёт не только Иеремию, но и всех прочих великих пророков. Если Иеремия был освящён ещё до рождения, то этот младенец исполнится Духа Святого ещё во чреве матери. Иеремия лишь пророчествовал о Мессии, а твой сын удостоится возложить на Него руку и крестить Его. Он превзойдёт всех пророков полнотой данной ему благодати. Ведь даже среди ангельских чинов Бог открывает тайны Своей воли не всем одинаково, а через высших — низшим. Много звёзд сияет перед восходом солнца, но лишь одна утренняя денница предшествует самому солнцу. Многие пророки возвещали о пришествии Мессии, но только твой сын не только будет проповедовать о Нём, но и перстом своим укажет людям на Агнца Божия, Который берёт на Себя грехи мира. Поэтому он будет больше всех рождённых жёнами. Насколько само исполнение радостной вести приятнее, чем только весть о ней, настолько выше чести будет этот пророк по сравнению со всеми прежними. До него пророчествовали все пророки и весь закон, а он станет завершением Ветхого Завета и предтечей новой благодати.
Захария сказал:
— Радостна и прекрасна весть твоя, Ангел Господень! Конечно, всякий мудрый сын веселит сердце отца, а тем более — сын, который будет мудрее всех пророков. Но как мне радоваться, если я всё ещё сомневаюсь? Радость бывает только там, где есть полная уверенность. Поэтому умоляю тебя, Ангел Божий, скажи мне: как я могу удостовериться в истинности твоих слов?
Тогда Гавриил ответил:
— Ты всё ещё продолжаешь сомневаться, Захария! Неужели я, посланник Бога, буду говорить ложь? «Верен Господь во всех словах Своих и свят во всех делах Своих», и «у Бога не останется бессильным никакое слово». Ты — священник и учитель Израиля, неужели не знаешь, что уже наступило время, исчисленное седминами Даниила, о котором я был послан ему в Вавилон? Приблизился Спаситель Израиля, и перед лицом Его будет идти вестник во плоти — твой сын, который предшествует Мессии в духе и силе Илии. Но за то, что ты не поверил моим словам, ты будешь нем и не сможешь говорить до того дня, когда всё это исполнится.
В тот же миг немота сковала уста Захарии, а бесплодие Елисаветы разрешилось. Ангел же возвратился к престолу Вседержителя.
Слава Господу во веки. Аминь.
Синаксарь на Рождество святого Иоанна Предтечи и Крестителя Господня
Память 24 июня
Когда Незаходимое Солнце правды — Спаситель наш — восхотел воссиять миру и уже преклонил небеса, вселившись в пречистую девическую утробу, в это же самое время должно было родиться от неплодной матери Его денница — святой Иоанн Предтеча. Как провозвестник, он должен был идти впереди Господа, возвещая: «Идёт за мною Сильнейший меня» (Мк. 1:7).
И вот, когда исполнилось время святой Елисавете родить, она произвела на свет сына — в глубокой старости, от заматоревшей утробы, подобно тому, как в древности Сарра родила Исаака. Одно чудо предваряло другое: прежде чем Дева родила Христа, состарившаяся женщина родила Предтечу Христова. Чтобы те, кто увидел сверхъестественное рождение от престарелой матери, легче поверили и в преестественное рождение от чистой Девы. Люди могли бы сказать себе: «Всемогущая рука Божия, разрешившая неплодие старицы, тем более способна соделать нетленную Деву чистой Матерью».
Поэтому чудесному рождению Спасителя мира предшествовало чудесное рождение Его Предтечи. Так, одним чудом Господь готовил мир к принятию другого, ещё большего чуда. Увидев, что заматорелая в летах женщина стала матерью, люди становились более способными вместить весть о Приснодеве, родившей Сына. Свидетели дивного рождения от престарелой Елисаветы приуготовлялись к известию о «странном» рождении Христа от Девы. В обоих случаях, по воле Всемогущего Бога, Которому повинуется всякое естество, «чин рождения препобедил уставы естества».
Когда Елисавета родила Предтечу, все её родственники, соседи и знакомые услышали об этом и радовались вместе с ней. Господь сотворил ей великую милость — отнял поношение бесчадства. Так в точности исполнилось слово Архангела Гавриила, сказанное Захарии: «Жена твоя Елисавета родит тебе сына, и многие возрадуются о рождении его» (Лк. 1:13–14).
Радовались тогда не только родственники Захарии, но и все, кто жил в пламенном ожидании Мессии-Избавителя. Хотя они ещё не знали о тайне воплощения Сына Божия, их дух, под действием Святого Духа, таинственно был подвигнут к радости этим событием. Рождение Предтечи стало для них как бы залогом и уверением, что долгожданный Мессия уже близок.
На восьмой день после рождения младенца пришли священники и родственники в дом Захарии, чтобы совершить обряд обрезания. Они хотели назвать ребёнка именем отца — Захарией. Но мать не согласилась. Исполненная пророческого дара, святая Елисавета настояла, чтобы сына назвали так, как повелел Ангел. Ведь от мужа она ничего не могла услышать: Захария вернулся из храма немым и не мог рассказать ей о явлении Архангела и о данном имени. Поэтому, наставляемая Духом Святым, она пророчески нарекла младенца Иоанном — точно так же, как прежде пророчески узнала о приходе к ней Матери Божией, воскликнув: «И откуда мне это, что пришла Матерь Господа моего ко мне?» (Лк. 1:43).
Тогда священники и родственники стали знаками спрашивать самого Захарию, как он желает назвать сына. Тот попросил дощечку и написал на ней: «Иоанн имя ему» (Лк. 1:63). В то же мгновение отверзлись его уста, язык разрешился от уз немоты, и он начал говорить, громко прославляя Бога.
Все присутствовавшие пришли в великое изумление. Они дивились сразу нескольким чудесам: тому, что состарившаяся женщина родила сына; тому, что немой отец и мать единодушно назвали ребёнка одним и тем же именем; и тому, что едва Захария написал имя, как сразу же обрёл дар речи и заговорил. Казалось, само имя Иоанна стало ключом, открывшим уста отца для прославления Бога.
Слушая вдохновенные слова Захарии, все ещё больше дивились и ужасались. Они рассказали обо всём увиденном и услышанном по всей нагорной стране Иудейской — то есть в окрестностях священного города Хеврона, где находился дом Захарии.
Этот город с его окрестностями ещё во дни Иисуса Навина был отдан священническому колену Аарона. Он находился примерно в восьми часах пути от Иерусалима, немного дальше Вифлеема, на возвышенном месте. За свои высокие горы его называли «Горним градом», а окрестности — «нагорной страной». Именно об этом говорится в Евангелии, когда описывается путешествие Пресвятой Богородицы к Елисавете: «Встав же Мария во дни сии, с поспешностью пошла в нагорную страну, в город Иудин» — то есть в Хеврон — «и вошла в дом Захарии, и приветствовала Елисавету» (Лк. 1:39–40).
Таким образом, именно здесь, в Хевроне — горнем граде колена Иудова, посреди нагорной страны — и произошли все эти изумительные чудесные события. И все, кто слышал о них, сильно дивились и с недоумением спрашивали: «Что будет с младенцем сим?» (Лк. 1:66).
Рука Господня пребывала с новорождённым отроком, умножая в нём действие Божественной благодати и сохраняя его от меча Ирода.
Слух о чудесном рождении Иоанна дошёл и до царя Ирода. Он немало дивился и часто повторял про себя: «Что же будет с этим младенцем?»
Когда же родился Господь наш Иисус Христос в Вифлееме Иудейском и с востока пришли волхвы, спрашивая о новорождённом Царе Иудейском, Ирод, послав воинов избить всех младенцев мужского пола в Вифлееме и его окрестностях, вспомнил и об Иоанне, сыне Захарии, о котором слышал столько чудесного. В сердце его закралась мысль: «А вдруг именно он и есть тот будущий Царь Иудейский?» Терзаемый злобой и страхом, Ирод решил убить и его. Он специально отправил убийц в Хеврон, в дом Захарии. Однако посланные не нашли святого Иоанна.
Когда в Вифлееме начались страшные избиения невинных детей, крики и вопли достигли и Хеврона, который находился недалеко от города Давидова. Жители узнали и о причине этого плача. Святая Елисавета, взяв младенца Иоанна, немедленно поспешила в самые высокие и безлюдные горы пустыни (в это время святой Захария находился в Иерусалиме, исполняя свою чреду священнического служения).
Скрывшись в горах, Елисавета со слезами горячо молилась Богу, прося защиты для себя и ребёнка. Когда с высоты она увидела приближающихся воинов, то в отчаянии воззвала к каменной скале:
— Гора Божия! Прими мать с чадом!
В тот же миг гора расступилась, приняла святую Елисавету с младенцем Иоанном внутрь себя и снова сомкнулась, надёжно скрыв их от убийц. Воины, ничего не найдя, вернулись к Ироду с пустыми руками.
Тогда разгневанный царь послал в храм своего оруженосца к Захарии с приказом: «Отдай мне твоего сына».
Святой Захария ответил:
— Я служу ныне Господу Богу Израилеву, а где сейчас мой сын — не знаю.
Ирод пришёл в ярость и снова отправил посланца сказать священнику: если он не выдаст сына, то сам будет убит.
Воины, свирепые как дикие звери, явились к Захарии и с угрозами закричали:
— Где ты спрятал своего сына? Выдай его немедленно! Царь повелел убить тебя на месте, если не отдашь ребёнка.
Захария мужественно ответил:
— Вы можете убить моё тело, но душу мою примет Господь.
Тогда убийцы в ярости бросились на святого и убили его между храмом и алтарём (Мф. 23:35). Кровь его пролилась на мраморный пол и, впитавшись, превратилась в твёрдый камень — как вечное свидетельство преступления Ирода и его будущего осуждения.
А святая Елисавета с Иоанном оставалась сокрытой Богом в расступившейся горе. По повелению Божию внутри скалы для них образовалась пещера. Рядом чудесным образом появился источник воды и выросла финиковая пальма, полная спелых плодов. Каждый раз, когда наступало время трапезы, дерево само преклонялось, чтобы они могли достать плоды, а после насыщения вновь выпрямлялось.
Через сорок дней после убиения Захарии святая Елисавета мирно преставилась в этой пещере. С того времени святой Иоанн до самого совершеннолетия питался от руки Ангела, чудесно хранимый Богом до дня своего явления Израильскому народу.
Так всесильная рука Божия хранила и покрывала святого Иоанна, чтобы он предшёл пред лицом Господним в духе и силе Илии, уготовляя путь Тому, Кто пришёл спасти род человеческий.
За всё сие да славится Христос, Бог и Спаситель наш, со Отцем и Святым Духом во веки веков. Аминь.
Собор святого Иоанна, Предтечи и Крестителя Господня
На следующий день после праздника Святого Богоявления Церковь с самых первых веков совершает торжественное празднование Собора честного и славного Пророка, Предтечи и Крестителя Господня Иоанна.
Это вполне справедливо и достойно: тот, кто послужил великому таинству Божественного Крещения и возложил свою руку на главу Самого Владыки, достоин особого почитания. Поэтому сразу после Крещения Господня мы соборно прославляем Крестителя песнопениями и молитвами.
Слово «Собор» здесь означает, что верующий народ собирается вместе в храмы, чтобы едиными устами и единым сердцем воздать честь и хвалу великому Предтече и Крестителю Иоанну.
Такой собор издревле совершается во всех храмах вселенской Церкви, но с особой торжественностью — там, где есть престолы, посвящённые имени святого Иоанна. Так было в древнем храме у реки Иордан, на том самом месте, где он крестил Христа; в самарийской Севастии, где покоилось его тело после убиения Иродом; в Антиохии, куда святой евангелист Лука впервые принёс его честную правую руку; и особенно в Константинополе (Царьграде). Именно туда позже перенесли святую руку Предтечи, и там Собор Крестителя праздновался с исключительной пышностью.
Рука Иоанна была перенесена в столицу как раз в навечерие Богоявления — в тот самый день, когда совершается великое освящение воды. Казалось, что сам Креститель невидимо прибыл на это освящение. Великая радость наполняла сердца царей и всего народа. Именно поэтому Собор Предтечи с особой торжественностью стали совершать на следующий день после Богоявления, и этот обычай сохранился на все последующие века.
И мы ныне с духовной радостью празднуем Собор великого Предтечи и Крестителя Иоанна. Молим его, чтобы он ходатайствовал за нас перед Владыкой Христом и сподобил нас быть собранными в Церкви торжествующих — в том вечном нерукотворном Храме на небесах, где мы услышим голоса празднующих святых и сами сможем участвовать в нескончаемом празднике вечного явления Бога.
Там, вместе со Христом, мы насытимся созерцанием пресветлого лица Божия, ясно открывающего Себя всем святым Своим, и вместе со всеми небесными силами будем славить Отца и Сына и Святого Духа во веки веков.
Аминь.
Сказание об усекновении главы святого пророка, предтечи и крестителя Господня Иоанна
Память 29 августа
Святому Иоанну Предтече, как и подобало, суждено было опередить смертью своей и рождение Господа, и Его крестную смерть. Как на земле он возвещал о пришествии Спасителя, говоря: «Идёт за мною Сильнейший меня» (Мк. 1:7), так и в аду он должен был возвестить душам святых праотцев о том, что долгожданный Мессия уже явился в мир.
Подобно тому, как Господь наш Иисус Христос принял страдания за грехи человечества, так и Его Предтеча принял мученическую смерть из-за беззакония Ирода.
Произошло же это так:
Ирод Антипа, сын того самого Ирода, который избил вифлеемских младенцев, — злая ветвь от злого корня — правил Галилеей. Сначала он был женат на дочери аравийского царя Арефы и прожил с ней немало лет. Но потом, пленённый красотой Иродиады, жены своего брата Филиппа, он вступил с ней в связь. Иродиада сама поощряла его страсть. По её требованию Ирод прогнал свою законную жену и взял в жёны жену живого брата — поступок, прямо противоречащий закону. Даже если бы брат умер, Ирод не имел права взять его вдову, поскольку от этого брака осталась дочь. Закон разрешал брать жену умершего брата только в том случае, если тот не оставил после себя детей. Таким образом, Ирод совершил тяжкое беззаконие: он стал похитителем, прелюбодеем и кровосмесителем.
Видя это вопиющее нарушение закона Божия, святой Иоанн Креститель — ревнитель правды, обличитель грехов и проповедник покаяния — не промолчал. Он открыто, перед всеми обличал царя:
— Не должно тебе иметь жену Филиппа, брата твоего.
Ирод не вынес обличения и приказал заключить Иоанна в темницу, наложив на него оковы. Особенно сильно ненавидела святого Иродиада и жаждала его смерти, но не могла осуществить своё желание, потому что сам Ирод оберегал узника. Царь считал Иоанна мужем праведным и святым. Прежде он с удовольствием слушал его проповеди и даже делал много доброго, внимая его словам. Поэтому Ирод боялся убить пророка. Впрочем, боялся он не столько Бога, сколько народа. Как говорит евангелист Матфей: «И хотел убить его, но боялся народа, потому что его почитали за пророка» (Мф. 14:5). Царь опасался народного возмущения и мятежа. Вот почему он не решался открыто предать смерти всеми любимого и почитаемого Пророка и Крестителя, а лишь держал его в заточении, пытаясь заставить замолчать его обличающие уста.
Святой Иоанн провёл в темнице немало времени. К нему приходили ученики. Он продолжал наставлять их в добродетельной жизни по закону Божию и возвещал, что Мессия уже пришёл в мир. Именно к Нему он и направлял своих учеников, как об этом говорится в Евангелии: «Иоанн же, услышав в темнице о делах Христовых, послал двоих из учеников своих сказать Ему: Ты ли Тот, Который должен прийти, или ожидать нам другого?» (Мф. 11:2–3).
Он посылал их не потому, что сам сомневался. Как мог он не знать Того, Кого крестил своими руками, над Кем видел сошедшего с небес Духа Святого, слышал голос Отца и на Кого сам указывал, говоря: «Вот Агнец Божий!» (Ин. 1:36).
Иоанн посылал учеников для того, чтобы они своими глазами увидели чудеса, которые творил Господь, и окончательно убедились, что именно Иисус Христос пришёл спасти род человеческий.
Спустя некоторое время наступил день рождения Ирода. Он собрал всех своих князей, военачальников, старейшин и галилейских тетрархов и устроил для них большой пир. Во время этого пиршества дочь Иродиады плясала и так угодила Ироду и всем возлежащим с ним, что царь с клятвой обещал дать ей всё, чего она ни попросит, даже половину своего царства.
Наученная матерью, девушка попросила немедленно принести ей на блюде голову святого Иоанна Крестителя. Окаянный Ирод не захотел нарушить свою клятву и огорчить Иродиаду. Забыв о страхе перед народом, забыв о праведной жизни пророка, он, словно опьянённый не только вином, но и злобой, приказал тотчас послать палача в темницу и отсечь голову Иоанна.
Так Предтеча Христов был усечён в темнице глубокой ночью — за обличение беззаконного сожительства Ирода и Иродиады. Недаром евангелист Марк назвал это пиршество «вечерей»: оно затянулось далеко за полночь. Когда все сильно опьянели и долгое время наслаждались бесстыдной пляской девицы, тогда и было совершено это неправедное убийство.
Голову святого Иоанна принесли на блюде прямо посреди пира. Кровь ещё капала с неё, и, по преданию, даже после отсечения глава продолжала обличать царя теми же словами:
— Не должно тебе иметь жену Филиппа, брата твоего.
Великий страх объял всех, кто был на том пиру, когда они увидели человеческую голову, которую несли как пищу, истекающую кровью, с шевелящимися устами, произносящими обличение. Плясавица дерзкими руками взяла голову и отнесла её матери. Иродиада же, взяв святую главу, проколола иглой язык, который обличал её беззакония. Вдоволь насмеявшись, она не позволила похоронить голову вместе с телом, боясь, что если они соединятся, Иоанн может воскреснуть и снова начать обличать их.
Ученики святого Предтечи в ту же ночь взяли тело из темницы и погребли его в Севастии. А голову Крестителя Иродиада закопала в нечистом, тайном месте во дворе своего дворца.
О том, как впоследствии честная глава была обретена, написано под 24 февраля, когда Церковь празднует первое Обретение главы святого Иоанна Крестителя.
После убийства святого славного Предтечи и Крестителя Господня Иоанна окаянный Ирод совершил ещё одно, не меньшее злодеяние. Во время добровольных страданий Господа нашего Иисуса Христа он насмеялся над Ним. Как повествует святой евангелист Лука: «Ирод со своими воинами, уничижив Его и насмеявшись над Ним, одел Его в светлую одежду и отослал обратно к Пилату» (Лк. 23:11).
Однако Божие мщение не замедлило постигнуть пророкоубийцу и поругателя Христа.
С одной стороны, кровь святого Иоанна вопияла к Богу против Ирода, подобно тому, как некогда кровь праведного Авеля вопияла на Каина. С другой стороны, и другие беззакония Ирода, особенно его глумление над Господом, навлекли на него праведный гнев Божий. И действительно, спустя недолгое время Ирод лишился и царства, и самой жизни — вместе с Иродиадой и плясавицей.
Аравийский царь Арефа, желая отомстить за бесчестие своей дочери, собрал войско и выступил против Ирода. Ирод также собрал своих воинов и вышел ему навстречу. Произошла жестокая битва. Войска Арефы одержали полную победу: почти все воины Ирода были перебиты, а сам он едва спасся бегством.
После этого поражения римский кесарь лишил Ирода власти и всех богатств и отправил его в изгнание вместе с прелюбодейцей Иродиадой и её дочерью. Сначала их сослали в галльский город Лион, а потом перевели в испанский город Илерду. Там Ирод и окончил свои дни в нищете и страданиях.
Но ещё до своей смерти он увидел гибель той самой плясавицы — своей падчерицы. Погибла она так:
Однажды зимой она захотела перейти реку Сикорис. Лёд под ней внезапно проломился, и девушка провалилась в воду по шею. По праведному суду Божию лёд сдавил её шею так, что тело висело в воде, а голова оставалась над поверхностью. Как некогда она плясала ногами по земле, так теперь её ноги не доставали до дна и беспомощно дёргались в воде, словно продолжая пляску. Быстрое течение раскачивало её, но никто не мог помочь. Так она висела в ледяной воде, пока острый край льда не перерезал ей шею.
Мерзкое тело её унесло под лёд течением, и оно так и не было найдено. А голову принесли Ироду и Иродиаде — точно так же, как некогда принесли голову Предтечи, только отсечена она была не мечом, а льдом. Так Божие правосудие покарало плясавицу, виновную в усечении честной главы святого Иоанна.
Вслед за ней «с шумом» погиб и сам беззаконный убийца Ирод вместе с мерзкой Иродиадой. Предание говорит, что они были живыми поглощены землёй.
Святой же Иоанн и при жизни, и после своей кончины оставался верным Предтечей Христу Господу. Он опередил даже сошествие Господа во ад: там он благовествовал находившимся в аду душам о Боге, явившемся во плоти, и великой радостью наполнил сердца святых праотцев. Вместе с ними он был изведён из ада после Воскресения Христова, когда ад был разрушен, и сподобился многих венцов в Царствии Небесном — как девственник, как пустынножитель, как учитель и проповедник покаяния, как пророк, как Предтеча и Креститель, и как мученик.
По его святым молитвам да наставит и нас Господь на путь истинного покаяния и да сподобит нас Царствия Небесного Христос, милосердный Господь и Бог наш, Которому со Отцом и Святым Духом воссылается слава во веки веков.
Аминь.
Сказание о десной руке святого Иоанна Предтечи, крестившей Господа
Память 7 января
После того, как беззаконный царь Ирод отсёк голову святому Иоанну Предтече и Крестителю Господню, честное тело его ученики с благоговением погребли близ могилы пророка Елисея в знаменитом самарийском городе Севастии.
Когда святой евангелист Лука, проповедуя Христа, обходил многие страны и города и пришёл в Севастию, собираясь оттуда отправиться в свой родной город Антиохию, ему пришло желание взять с собой и перенести в Антиохию тело святого Предтечи. Тело оставалось нетленным и целым, но жители Севастии так глубоко чтили мощи Крестителя и так бережно их хранили, что взять всё тело было невозможно. Поэтому святой евангелист смог отделить только правую руку — ту самую руку, которая крестила Владыку нашего Господа Иисуса Христа. Эту руку он с великой радостью принёс в Антиохию как бесценное сокровище, желая таким даром отблагодарить город, в котором получил своё воспитание.
С тех пор святая рука Крестителя с глубоким благоговением хранилась христианами Антиохии, и от неё совершалось множество чудес.
Прошло немало времени, и на римский престол вступил Юлиан Отступник. Он открыто отрёкся от Христа и вернулся к идолопоклонству. Этот император начал жестокое гонение на Церковь, подобное тому, какое устраивали прежние языческие правители. Он преследовал и убивал живых христиан, но не пощадил и мёртвых: вынимал из гробниц мощи святых и сжигал их, а храмы Божии превращал в пепел.
Однажды Юлиан прибыл в Антиохию — отчасти чтобы принести мерзкие жертвы своему идолу Аполлону в местечке Дафна близ города, отчасти чтобы усилить гонения на христиан и уничтожить их святыни. Антиохийские христиане, узнав о его приезде, поспешили спрятать святую руку Крестителя в одной из городских башен, называвшейся Гония, чтобы гонитель не смог надругаться над ней и сжечь её.
Юлиан, прибыв в Антиохию и причинив много зла христианам, начал искать руку Предтечи. Не найдя её, он в ярости отправил приказ в палестинский город Севастию: полностью разрушить и сжечь тело Крестителя (которое оставалось там без головы и руки), а также его гробницу и храм. Приказ был исполнен, как сообщают историки Никифор и Кедрин.
Впрочем, блаженный Симеон Метафраст рассказывает иначе: тело Крестителя не было сожжено. Иерусалимский патриарх, заранее узнав о злодейском повелении Юлиана, тайно взял мощи Предтечи из гроба и отправил их на сохранение в Александрию. Вместо них он положил в гробницу кости обыкновенного умершего человека. Именно эти кости и были сожжены вместе с гробом и храмом.
Когда беззаконный император погиб и истинная вера снова воссияла, святую руку Крестителя извлекли из башни, где она была скрыта, словно светильник из-под спуда. Христиане вновь стали с благоговением почитать её, и от неё, как и прежде, продолжали совершаться чудеса.
Одно из таких чудес особенно замечательно.
В окрестностях Антиохии жил огромный и страшный змей, которого язычники почитали за бога и каждый год приносили ему в жертву непорочную девицу. Жертву выбирали по жребию, приводили к пещере змея и оставляли там на съедение. Народ наблюдал за этим ужасным зрелищем с особых мест, построенных неподалёку. Змей выползал из пещеры, наводя всеобщий ужас своим видом, шипением и широко раскрытой пастью, хватал девушку и пожирал её.
Однажды жребий пал на дочь одного благочестивого антиохийского христианина. Отец со слезами молил Христа Бога и святого Крестителя избавить его дочь от лютой смерти. Когда наступил день страшного праздника, он с рыданиями взывал к Богу и особенно горячо призывал на помощь святого Иоанна.
Придя к храму Крестителя, где хранилась его честная рука, отец со слезами просил ключаря открыть храм, чтобы поклониться святыне. При этом он тайно положил за пазуху несколько золотых монет. Во время поклонов перед ковчегом с рукой он «нечаянно» уронил монеты. Ключарь, любивший деньги, бросился их собирать. В это время христианин припал к святой руке, зубами откусил один сустав малого перста, спрятал его и, помолившись, спокойно вышел.
Когда настал роковой день и народ собрался к пещере, отец привёл свою дочь, в душе непрестанно молясь о её спасении. Из пещеры выполз страшный змей, шипя и разевая пасть, и двинулся к девушке. Отец не отступал ни на шаг, горячо призывая Спасителя и святого Крестителя. Когда змей совсем приблизился и широко раскрыл пасть, отец бросил в неё сустав священного перста. Змей тотчас издох.
Девица была чудесно спасена от лютой смерти. Отец со слезами радости громко благодарил Бога и святого Иоанна, рассказывая всему народу о великом чуде. Люди, видевшие мёртвого змея и живую девушку, сначала пришли в великий ужас и изумление, а потом с радостью прославили единого истинного Бога, живущего на небесах. В тот день множество язычников уверовало во Христа и присоединилось к Церкви.
На том самом месте, где произошло чудо, была построена большая и прекрасная церковь во имя святого Иоанна Крестителя.
Рассказывают также, что в этой церкви в день Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня архиерей воздвигал честную руку Предтечи. Иногда она оставалась прямой, а иногда сгибалась. Первое служило предзнаменованием обильного урожая хлеба и плодов, а второе — предвещало неурожай и голод.
Когда по Божьему попущению арабы захватили Антиохию со всеми её окрестностями, величайшее сокровище — честнейшая рука святого великого Иоанна Крестителя — оказалось словно в плену.
Благочестивые христианские императоры не раз прилагали немало усилий, чтобы выкупить или любым другим способом перенести эту драгоценную святыню в свою столицу, но долгое время все их старания оставались тщетными. Ни золотом, ни какими-либо иными средствами им не удавалось добиться желаемого.
Однако в царствование багрянородных братьев — Константина и Романа — это бесценное сокровище, дороже всех земных богатств, всё же было получено следующим чудесным образом.
Одному антиохийскому диакону по имени Иов Сам Бог внушил мысль вынести святую руку Крестителя из-под власти арабов в страну, где открыто сияла православная вера. Поскольку рука хранилась в прекрасном храме святого апостола Петра, Иов устроился служить именно в этой церкви и постарался подружиться с церковным сосудохранителем, чтобы легче было исполнить задуманное.
Много раз он пытался склонить сосудохранителя к своему плану, но тот решительно отказывался. Тогда Иов однажды устроил богатый пир и пригласил сосудохранителя. Он щедро угощал его вином, и когда тот, напившись, крепко заснул, Иов тайно вошёл в церковь, открыл ковчег, взял честную руку Крестителя и спрятал её у себя.
Проснувшись утром, сосудохранитель даже не заметил пропажи. А Иов, не теряя ни минуты, немедленно покинул Антиохию с драгоценной святыней и поспешил к границам христианского царства, опасаясь, как бы о похищении не узнали ни христиане Антиохии, ни арабские власти, и за ним не была послана погоня.
Под Божией защитой и молитвами святого Крестителя он благополучно достиг христианских земель. Прибыв в Халкидон, Иов открыл, какое сокровище он принёс из Антиохии, и показал его местным христианам.
Весть тотчас дошла до благочестивых царей. Услышав её, они исполнились несказанной радости — гораздо большей, чем могли надеяться. Немедленно они отправили в Халкидон свой царский корабль, на котором находился святейший патриарх и несколько самых почётных сенаторов. Им было поручено с великой честью встретить и доставить святую руку в столицу.
Когда корабль возвращался из Халкидона, а патриарх сам держал в руках честную руку Предтечи, на берег вышли сами цари и множество народа. Они встречали святыню так, словно сам святой Креститель невидимо пришёл к ним с небес. С псалмами, песнопениями, возжжением свечей и каждением воздавали они ему глубокое поклонение.
С благоговением приложившись к честной руке, цари с честью поместили её в своей дворцовой церкви. Это торжественное перенесение произошло в навечерие святого Богоявления, как раз перед великим освящением воды.
Праздник Богоявления, а вслед за ним и Собор святого Иоанна Крестителя были отпразднованы с великой радостью и торжеством — в честь высшего среди пророков, святого Предтечи и Крестителя Господня Иоанна, и во славу Триединого Бога, Которому от всех созданий воссылается честь, поклонение и слава во веки веков.
Аминь.
Первое и второе обретение честной главы Предтечи и Крестителя Господня Иоанна
Память 24 февраля
Когда честная глава святого Иоанна Предтечи была усекнута по приказу беззаконного царя Ирода, дочь Иродиады приняла её на блюде и отнесла своей матери. Эта нечестивая женщина в ярости пронзила иглой язык святого, который так смело обличал её беззаконие. Надругавшись над честной главой, она не позволила похоронить её вместе с телом, боясь, что если тело и глава будут соединены, Иоанн воскреснет и снова начнёт обличать её и Ирода.
Ученики святого Крестителя тайно взяли тело своего учителя и ночью погребли его в самарийском городе Севастии. А главу Иродиада глубоко закопала в тайном нечистом месте во дворе своего дворца. О том месте знала только одна благочестивая женщина — Иоанна, жена домоправителя Иродова Хузы (о ней упоминает евангелист Лука). Сердце её сильно скорбело об убиении великого пророка и о поругании над его святой главой. Поэтому она ночью тайно вынула главу, положила её в глиняный сосуд и с благоговением погребла на горе Елеонской, в одном из имений Ирода.
Тем временем до Ирода дошли слухи о чудесах Иисуса Христа. Он и его жена Иродиада стали тревожно размышлять: уж не Иоанн ли это, воскресший из мёртвых? Они искали его главу, но не могли найти и всё больше недоумевали. Сам Ирод говорил своим приближённым об Иисусе: «Это Иоанн, которому я повелел отсечь голову. Он воскрес из мёртвых, и потому через него совершаются чудеса» (Мф. 14:2; Мк. 6:16).
Спустя много лет один знатный вельможа по имени Иннокентий уверовал во Христа, оставил мирскую жизнь, пришёл в Иерусалим и купил на горе Елеонской то самое место, которое некогда принадлежало Ироду. Там он построил себе небольшую келью и стал подвизаться в иночестве, исполняя заповеди Божии.
Желая возвести небольшую каменную церковь, он начал копать ров под фундамент. И по дивному смотрению Божию обрёл зарытый в земле глиняный сосуд со святой главой Предтечи. По многим благодатным знамениям и откровению свыше он понял, что это глава святого Иоанна Крестителя, и с великим благоговением хранил её у себя.
Перед своей кончиной, когда по всей стране вновь усилилось идолопоклонство и цари вместо истинного Бога почитали истуканов, благочестивый инок, предчувствуя свою смерть и опасаясь поругания, снова скрыл честную главу в земле — на том самом месте, где стояла его келья и церковь. После его смерти церковь постепенно обветшала, разрушилась и сравнялась с землёй, так что долгое время никто не знал, где находится великая святыня.
Когда на престол вступил великий царь Константин и просветил свою империю святым крещением, его мать, святая царица Елена, начала с великим усердием возобновлять и очищать все иерусалимские святыни. Она привела в цветущее состояние и святую гору Елеонскую.
В это время два инока, подвизавшиеся на Востоке, решили вместе отправиться в Иерусалим — поклониться Честному Кресту, обретённому царицей Еленой, Гробу Господню и всем святым местам. Придя в Иерусалим, они обходили святыни, молясь и поклоняясь им. Одному из них во сне явился святой Иоанн Предтеча, указал точное место, где была сокрыта его честная глава, и повелел взять её из земли.
Проснувшись, инок рассказал об этом своему спутнику, но тот посчитал всё обыкновенным сном и не поверил. На следующую ночь святой Иоанн явился уже обоим инокам отдельно и строго сказал: «Восстаньте, оставьте неверие и леность и исполните то, что вам было возвещено».
Проснувшись, они рассказали друг другу о видении и тотчас пошли на указанное место. Начав копать, они с великой радостью обрели бесценное сокровище — честную главу Крестителя Христова. Положив её в мешок из верблюжьей шерсти, иноки отправились в обратный путь.
По дороге они встретили бедного горшечника из города Емесы, который из-за крайней нищеты оставил родину и жену и шёл искать пропитание в чужие края. Иноки взяли его с собой в попутчики и дали ему нести мешок с главой Предтечи. Горшечник, не зная, что несёт, спокойно продолжал путь.
Вдруг ему явился сам святой Иоанн Креститель и сказал: «Оставь этих спутников и беги от них вместе с тем мешком, который держишь в руках».
Святой сделал это потому, что видел леность и неверие иноков: сначала они не поверили его явлению, а потом даже не захотели сами нести его честную главу, поручив её простому незнакомому человеку. Кроме того, Господь хотел через эту святыню помочь бедному горшечнику и направить его на путь благочестивой жизни.
Повинуясь слову святого, горшечник тайно покинул иноков, вернулся домой к жене и принёс с собой честную главу как величайшее сокровище. Ради этой святыни Господь благословил его дом всяким изобилием. Горшечник стал жить в достатке, но не возгордился: он щедро раздавал милостыню нищим, каждый день кадил перед святой главой, возжигал лампады, молился и старался проводить жизнь свою по заповедям Христовым.
Когда приблизилось время его кончины, по повелению самого Крестителя он положил святую главу в водоносный сосуд, заключил его в ковчег, запечатал и передал своей сестре. При этом он подробно рассказал ей, как благодаря этой святыне он избавился от нищеты и обрёл богатство. Он строго завещал сестре всегда благоговейно хранить главу и никогда не открывать ковчег, пока сам святой Иоанн не благоволит на то. Перед своей смертью она должна была передать сокровище какому-нибудь богобоязненному и добродетельному человеку.
Так честная глава Предтечи Христова долгое время преемственно хранилась среди благочестивых христиан, переходя от одного к другому. Наконец она была передана некоему священноиноку Евстафию, жившему недалеко от Емесы в пещере. Этот человек был заражён арианской ересью и не имел истинного страха Божия. Больные, приходившие к нему, получали исцеления по благодати, исходящей от главы святого Иоанна, которую он тайно хранил. Но Евстафий, подобно вору, приписывал эти чудеса себе и своей ереси, скрывая истинную причину исцелений и многих совращая в заблуждение.
Когда жители Емесы наконец узнали о его зловерии, князь города по совету епископа приказал изгнать его из пещеры и из всей области. Евстафий упросил оставить его в пещере хотя бы на один последний день. Ночью он тайно закопал сосуд со святой главой глубоко в землю пещеры, надеясь вскоре вернуться, забрать святыню и снова творить «чудеса», распространяя свою ересь.
Но надежды еретика не сбылись. После его ухода в пещере поселились благочестивые и добродетельные иноки, и ему уже не удалось вернуться и достать оставленное сокровище.
Спустя некоторое время на том месте собралась братия, и вскоре был основан монастырь. Однако никто из иноков даже не подозревал, что в пещере сокрыта честная глава святого Предтечи. Только много лет спустя архимандрит этой Емесской обители Маркелл, муж высокой добродетели, открыл великую святыню. Сам он так описывает это событие:
«Благословен Бог Иисус Христос! Он сподобил меня, недостойного раба Своего Маркелла, увидеть дивное видение во сне. Это было 18 февраля, в среду средопостной седмицы святой и Великой Четыредесятницы.
Мне приснилось, что все ворота нашей обители широко открыты. Ужас объял меня, и я захотел выйти, чтобы закрыть их. Но вдруг я увидел, как через ворота в монастырь вливается мощная река. Я изумился: откуда такая сильная вода? Пока я размышлял об этом, послышался шум многих голосов и шествие целых чинов, которые шли по воде с востока. Каждый чин на своём языке громко возглашал: «Се является святой Иоанн, Креститель Христов!»
С этими славословиями они вошли в монастырь. Я, забыв о воде и воротах, в страхе поднялся на верх лестницы. Оттуда мне было видно два двора обители — западный и южный, а между ними стояла большая церковь. Каждый чин, входя на западный двор, направлялся к церкви, поклонялся там и выходил через южную дверь.
Когда шествие окончилось, я снова услышал голоса, восклицающие: «Се святой великий Иоанн Креститель!» Взглянув, я увидел его стоящим в церкви. По обе стороны от него стояли два мужа. Чины подходили к святому и принимали от него благословение.
Я тоже решился подойти и получить благословение. Со страхом и трепетом я последним вошёл через особые двери, пал ниц перед Крестителем и коснулся его ног. Он повелел мне встать, с любовью обнял меня, коснулся моего лица, взял сосуд, наполненный мёдом, и подал мне со словами: «Прими благословение!»
Сказав это, он удалился. Когда я попытался последовать за ним, то увидел огненный столп, шествующий перед святым. От ужаса я проснулся.
На следующий вечер, когда братия пела обычные псалмы по правилу, один брат по имени Исаакий взглянул вверх через окно и увидел, что в пещерной церкви, где когда-то была скрыта глава, горит яркий огонь. Он воскликнул: «Отче, посмотри — в святой пещере огонь!»
Я ответил ему: «Не бойся, брат. Ознаменуй себя крестным знамением и храни молчание об этом».
Прошло пять дней. На шестую ночь, когда я спал, некая рука трижды толкнула меня в правый бок, и раздался голос: «Вот, я дарован вам. Восстань, следуй за звездой, которая пойдёт перед тобою, раскопай то место, куда она приведёт тебя, и обрящешь меня».
Я в трепете поднялся, сел на одре и увидел: перед дверями моей кельи сияет яркая звезда. Перекрестившись, я вышел. Звезда шла впереди меня. Следуя за ней, я вошёл в пещеру. Когда я приблизился к тому месту, где покоилась честная глава, звезда внезапно стала невидимой.
Я пал на землю и возблагодарил Господа. После долгой молитвы я зажёг свечу, воскурил фимиам и начал копать, призывая имя Господне. Земля была твёрдая, словно медь, и при каждом ударе раздавался громкий стук и шум. Я долго трудился, пока не наткнулся на кирпичи. Отбросив их, я увидел каменную плиту. С большим трудом я поднял её — и там, в священном сосуде, почивала честная глава Предтечи.
Радуясь и одновременно трепеща, я взял свечу и фимиам, с благоговением поднял сосуд, поклонился и, снова закрыв его, вышел из пещеры.
У самых дверей меня встретил архимандрит Геннадий, который в тот день пришёл в нашу обитель. Он ввёл меня обратно в пещеру, помолился и рассказал о своём видении:
«Мне приснилось, будто мы с тобой стоим именно здесь, где сейчас находимся. Вокруг было множество ячменного хлеба — чище и светлее солнца. В пещеру входило множество народа, и все принимали этот хлеб из наших рук. Но количество хлеба не только не уменьшалось, а, напротив, всё возрастало».
Услышав это, я понял, что видение было от Бога и означает неоскудеваемую благодать святого Крестителя, которая отныне обильно будет подаваться всем на этом месте.
Тогда я открыл Геннадию своё видение и показал обретённое сокровище. Он исполнился великой радости. Мы стали советоваться, как поступить дальше. Я предложил пока никому не говорить об этом, даже епископу Емесскому Уратию, а сначала известить блаженного старца Стефана из Даромийского монастыря, который был в большой дружбе с епископом.
Однако, придя в Даромийский монастырь, мы не застали Стефана — он отправился объезжать другие обители. Тогда мы послали за диаконом Кириаком, первым среди клириков соборного храма. Когда он пришёл, то первым делом рассказал нам о своём видении, которое было точно таким же, как у Геннадия.
Только после этого мы открыли ему нашу тайну. Геннадий и Кириак стали убеждать меня немедленно рассказать обо всём епископу, но я решил дождаться возвращения старца Стефана.
Прошло пять дней. На шестой день — это была суббота — мы все вместе сидели и беседовали. Вдруг я упал на колени: внезапная болезнь поразила меня так сильно, что я не мог ни встать, ни пошевелиться. Мои спутники, изумлённые, начали усердно молиться за меня. Окончив молитву, они сказали: «Не говорили ли мы тебе, что нужно было сразу рассказать епископу о тайне?»
Я сам тогда понял, что поступил неправильно, утаив от епископа такую великую тайну, которую следовало открыть ради славы Божией. А болезнь моя между тем не отступала. Вечером, после обычного молитвенного правила, ко мне пришли Геннадий и Кириак и сказали:
— Мы дали слово: ещё до восхода солнца, во время утрени, рассказать обо всём архиерею.
Я ответил им:
— Хорошо решили. Пусть будет так, как вы сказали.
И в то самое мгновение, как я согласился, болезнь моя совершенно прошла, и я почувствовал себя совершенно здоровым.
Наутро мы все вместе отправились в город и застали епископа как раз в тот момент, когда он выходил из церкви после утрени. Мы рассказали ему об обретении честной главы Крестителя Христова Иоанна. Епископ Ураний сильно возрадовался этой вести. Однако он строго запретил нам пока рассказывать об этом кому-либо и велел вернуться в обитель. А на следующее утро сам пришёл к нам вместе с пресвитерами и диаконами.
Совершив соборную Божественную литургию, он подошёл к тому месту, где находился сосуд с честной главой. Когда диакон возгласил: «Преклоним колена, Господу помолимся», все пали ниц. Епископ вознёс молитву, а затем взял сосуд с честной главой и вынес его из земли.
Один из пресвитеров по имени Малх, стоявший рядом, не верил происходящему и дерзко сказал: «Откуда здесь могла взяться глава Предтечи?» С этими словами он положил руку на сосуд и прикоснулся к волосам святой главы. В тот же миг его рука иссохла и прилипла к сосуду. Все присутствовавшие пришли в великий ужас.
Епископ вместе со всем клиром начал усердно молиться Богу. Только после долгой молитвы Малх с большим трудом смог оторвать руку от сосуда, но остался болен. Тогда Ураний со всем церковным причтом с благоговением перенёс священный сосуд в святую церковь и поставил его в алтаре, в диаконнике. Там святыня пребывала до тех пор, пока в Емесе не был построен прекрасный храм в честь святого Предтечи Христова.
Незадолго до перенесения главы в новый храм святой Иоанн Креститель явился в видении тому самому неверующему пресвитеру Малху и повелел ему при перенесении коснуться рукой священного сосуда. Пресвитер исполнил повеление и тотчас получил исцеление.
Так заканчивается повествование блаженного архимандрита Маркелла.
Другой писатель, святой Симеон Метафраст, в житии преподобной Матроны рассказывает об обретении честной главы ещё следующее:
«В то время один человек, пахавший своё поле, заметил, что на определённом месте — именно там, где когда-то были пещера и монастырь, — из земли исходит огонь. Он видел это не однажды: в течение многих дней огонь постоянно выходил из-под земли. В воскресный день, когда Маркелл, Геннадий и Кириак пришли к епископу, этот земледелец тоже прибыл в Емесу и рассказал епископу Уранию о чудесном огне.
Епископ вместе с духовенством сразу направился к указанному месту — это была та самая пещера, где некогда жил еретик Евстафий. После молитвы он повелел копать. Когда копали, нашли сосуд. В нём было не золото и не серебро, а сокровище, несравненно драгоценнее всех земных богатств — честная глава святого Предтечи и Крестителя Господня Иоанна.
Слух об этом чуде быстро разнёсся повсюду. Со всех окрестных городов и сёл стекался народ. Пришла поклониться святой главе и преподобная Матрона со своими сестрами из монастыря. От честной главы истекало благовонное миро. Священники помазывали им крестообразно головы людей. Преподобная Матрона взяла немного этого мира в маленький ковчежец, чтобы отнести в свой монастырь на благословение.
Вокруг неё теснился народ: все хотели получить благословение и помазание. Некоторые просили Матрону помазать их, поскольку сами не могли пробиться к священникам. Она исполняла их просьбы. Среди толпы был один слепец от рождения, который никогда не видел дневного света. Он тоже обратился к ней с просьбой помазать ему глаза. Преподобная Матрона помазала его очи, и он тотчас прозрел».
Через некоторое время честная глава святого Иоанна Крестителя была перенесена из Емесы в Константинополь. По царскому повелению на месте, называемом Евдом, был построен прекрасный храм, в котором и положили великую святыню.
Во времена иконоборческой ереси, когда святые иконы сжигали, бросали в море и реки, попирали ногами и всячески бесчестили, некоторые благочестивые христиане, спасаясь из охваченного ересью Константинополя, тайно взяли с собой главу Крестителя и перенесли её в Команы — то место, где некогда преставился святой Иоанн Златоуст. Там они снова скрыли её в земле, положив в серебряный сосуд.
Эта драгоценная святыня оставалась в неизвестности до времён царя Михаила, сына Феофила, и его матери царицы Феодоры, которая восстановила иконопочитание и утвердила православие. В царствование Михаила честная глава была вновь обретена по Божественному изволению и с честью перенесена обратно в Царьград патриархом Игнатием — в честь и славу Христа Бога нашего, со Отцом и Святым Духом славимого во веки веков.
Аминь.